На Востоке считают, что все религии, несмотря на разнообразие верований и обрядов, являются лишь разными путями, ведущими к одной и той же конечной реальности. Как говорится в старинном японском стихотворении, «есть много тропинок у подножия горы, но вид на Луну с вершины всегда один».

В течение столетий западные мыслители подходили к этому предмету с точки зрения иудейско-христианской традиции. Этот подход вращался вокруг двух основополагающих и связанных между собой догм: веры в то, что существует личность Бога-творца, отдельная и отличная от человека, а также в то, что высшей формой человеческой деятельности является молитва, поклонение этому Богу и благоговение к нему. Если какое-либо вероучение не провозглашало этих доктрин, то оно не считалось религией.

Этот подход к доктрине также показывал то, как западные ученые анализировали религиозную мысль и деятельность с самого зарождения цивилизованного общества и до сравнительно недавнего времени. В течение веков термины «религия» и «христианство» были в буквальном смысле синонимами. Саркастическое замечание Генри Филдинга точно запечатлело преобладающее убеждение того времени: «Под религией я подразумеваю христианство, под христианством я подразумеваю протестантизм, а под протестантизмом я подразумеваю англиканскую церковь в том виде, как она была установлена законом». В течение длительного времени, до 1837 года, Англия по сути дела отказывалась воспринимать иудаизм в качестве подлинной религии в целях исполнения законодательства о благотворительных учреждениях.

Такой обманчиво простой критерий, по которому судили о религиях, не только закрывал двери для многих религий, но и открывал двери для преследований, тем самым лишний раз доказывая, что «определение» религии есть нечто гораздо большее, чем просто научный вопрос. Такие определения давали начало неравноправию, дискриминации и даже насилию.